Давай начистоту: как так вышло, что тебе, 22-летнему актеру, доверили ставить спектакль на главной сцене страны?

Главная сцена МХТ — большая, а я поставил на малой. (Смеется.) Сначала я собирал информацию, думал, кто мог бы написать по ней пьесу, мне была интересна тема. Когда предложили поставить, для меня это было неожиданностью.

Олег Павлович (Табаков. — Interview) дал добро?

Идея спектакля о Первой мировой возникла у Ольги Тарариной после лаборатории МХТ «Впервые на русском», и мы стали вместе с руководством театра (не Олегом Павловичем) об этом думать. Встречались с историками, в музеи ходили… Были идеи сделать спектакль по фотографиям, по одноактным пьесам пяти драматургов… Я тогда обзвонил всех, кого только можно, от Акунина и Гришковца до Курочкина. В конечном счете я составил синопсис спектакля, а потом вместе с Сашей Архиповым мы написали пьесу.

А для подстраховки возник режиссер Евгений Писарев, названный в программке художественным руководителем постановки?

Да, на самом деле мне было волнительно при мысли, что кто-то гораздо более опытный будет мне помогать, я боялся вмешательства. А Писарев повел себя как мудрец, не вмешивался в процесс, смотрел только этапные моменты и давал мне очень полезные советы.

То есть ты сам все эти крутые трюки придумал?

Поскольку я писал текст, то примерно понимал, как это должно выглядеть. Целенаправленно добивался того, что хотелось мне. Чуть позже, когда актеры прониклись темой и стали ловить кайф на репетициях, случилось то, что называется совместным творческим процессом.

У тебя поэтому в спектакле есть и магический движущийся куб, как у Лепажа в Театре наций, и психоделические пляски Бутусова, и «ванная любви» из «Идеального мужа» Богомолова, и велики из «Пьяных» Рыжакова? Это цитаты, эстетский стеб над самыми громкими спектаклями сезона или мне померещилось?

Я могу с ходу назвать тебе восемь спектаклей с велосипедами. (Перечисляет.) Конечно, никакого особенного языка не изобретено, новый Някрошюс не родился. Художник спектакля Николай Симонов, который очень мощно помог нашей работе, однажды сказал: «Если тебе кажется, что ты придумал сам, значит ты еще не видел этого в другом спектакле». Но при этом, не скрою, многое мной собрано из того, что я прежде видел. Многое имеет на меня большое влияние.

Александр Молочников
Александр Молочников

Ты доволен своим спектаклем?

Мы старались избежать прямолинейности, где-то удалось, и я этим доволен. Одновременно я вижу драматургические недостатки Но проблемы эти настолько корневые, что сейчас их уже не исправить. И, тем не менее, спектакль не совсем обычный получился: шоу с элементами провокации.

Страницы

Фото: Анастасия Коротич