Про визажистов обычно думают, что они с молодых ногтей игрались с маминой косметичкой и красили кукол. На самом деле, в эту профессию приходят с разным бэкграундом и далеко не всегда художественным. Независимый визажист Фариза Родригез раньше работала в эстетической медицине: занималась выездным обучением косметологов, организовывала кадавр-курсы и подбирала грудные импланты пациенткам после онкологии. Interview выяснил, помог ли такой многогранный опыт ей в нынешней профессии и как повлиял на ее вкусы. 

Фариза, привет! Скажи главное: ты рада, что до этого работала в медицине? Или жалеешь, что время потеряла?

Не жалею. Эстетическая медицина может две вещи: «улучшить» и омолодить. Первая задача субъективная, но вторая — конкретная. Есть типы старения, каждый с определенными признаками, и я их вижу.

И что это дает?

Я теперь знаю, где косметикой добавить объема, как «освежить» цвет лица и т.д. Когда я работала в салоне красоты, дважды спасла брови клиентов от тотального выщипывания, порекомендовав инъекции ботокса. Просто потому, что причина асимметрии была в мышцах и мимике, а не в самих бровях.

Но зачем ты пошла в салон красоты?

Туда приходят не только красавицы-модели, а люди всех возрастов, с разными данными и состоянием кожи, так что учишься работать с любым лицом. Плюс после пары девичников и корпоративов учишься делать практически любой мэйк за 20-30 минут.

Ну, как в корнере. А кто к пластическим хирургам ходит?

Нормально выглядящие люди. Неудачные операции и пластиковые лица — это не норма, а чье-то неумение вовремя остановиться.

И что чаще делают?

Ринопластику, увеличение груди и липосакцию. Тут мы не сильно отличаемся от Европы и США.

А ты что себе делала, если не секрет? 

Ботулотоксин в межбровье колола и гиалуроновым филлером увеличивала губы. Им же после резкого похудения разово делала инъекции в скулы, чтобы лицо перестало выглядеть уставшим. Еще успела попробовать интралипотерапию (это инъекционная коррекция локальных жировых отложений) и трансконъюктивальную блефаропластику. С одной стороны под глазом у меня был мешок, от которого не спасал ни один крем. 

Окей, давай к макияжу вернемся. Кто из визажистов тебе нравится?

Ой, много кто. Больше всех люблю Эндрю Гэллимора из NARS: он умеет абсолютно все одинаково хорошо. И Исамайю Френч: то, что она делает, отвечает духу времени на 100%.

 

Палетка теней Chocolate Bon Bons Palette, Too Faced


Исамайя — наш герой. Рассказывай про банки теперь! 

Видимо, из духа противоречия я решила полюбить палетки Chocolate Bar вместо Naked. Эта — самая любимая из них. А еще все они пахнут конфетами.

Парфюмированная вода Agent Provocateur

Любишь розовые штуки, смотрю. 

С этим ароматом у меня любовь на протяжении десяти лет. Тогда он был у меня единственным, сейчас пользуюсь им реже, но обязательно достаю осенью-зимой.   

Энзимная пектиновая маска, очищающий гель и тоник, все «Гельтек»

Забавно, я бы не подумала аромат у Agent Provocateur искать. А это что за марка?

Российская. Я большой бьюти-патриот и ликую, когда нахожу что-то классное российского производства. Когда забеременела, мой привычный уход перестал мне подходить, а с кожей начал твориться какой-то прыщевой кошмар. По совету подруг решила попробовать «Гельтек», средства подбирала с косметологом и, честно говоря, даже не рассчитывала, что эффект будет настолько классный. 

Светоотражающий корректор Fine-Spun Light, Rouge Bunny Rouge

Класс. А это что за безымянный маркер?

Это просто лучший консилер. Поэтому весь потертый. 

Профессиональный шампунь Orofluido.

И последнее. 

Обожаю масла для волос и уход на основе масел. В Orofluido идеальный для меня баланс: волосы всегда живые и блестящие, но не тяжелые.

Так, мне тоже скоро будет нужен нормальный уход для волос. И когда я буду стареть, будешь говорить, что мне колоть. 

Без проблем.  

Текст Маша Ворслав